"Только о двух вещах мы будем жалеть на смертном одре — что мало любили и мало путешествовали." Марк Твен.
Сегодня про Тбилиси. Стараюсь описать именно свои впечатления от поездки. Самый верный способ вспомнить — это закрыть глаза, услышать звуки, потом увидеть картинки, а следом почувствовать запахи. И вот тут воссоздается впечатление. Не по красивым фотографиям достопримечательностей, а своё — прожитое и настоящее.
Мы с подругой-художницей жили в обычной городской квартире на улочке, отходящей от центральной, на первом этаже. Огромные окна от пола до потолка с широкими подоконниками, на которых так удобно было сидеть и рисовать. Жарко, кондиционера нет. Зарешеченные окна открыты настежь. Сначала смущали прохожие, заглядывающие внутрь, а потом они стали частью повседневного существования. В квартире — скрипучий паркет, старая, но добротная мебель, тикающие часы. Всё вместе создавало ощущение, будто ты то ли у тётушки в гостях, то ли снимаешься в старом кино. Видимо, из-за постоянного фона чужих разговоров под окнами.
Дома мы только завтракали, но и завтрак был особенный — тбилисский. Хачапури с мацони и клубникой, только что приготовленные, кофе в турке. И всё это мы покупали прямо на нашей улице. Утром выбегаешь и встречаешь напротив подъезда дедушку, торгующего клубникой в обычном ящике на табуретке — собрал рано утром, пока мы спали. Чуть дальше — киоск с молочкой. Там добродушная и необъятная женщина, которую так и хотелось назвать «мамушкой» (привет «Унесённые ветром»), продавала настоящий мацони — густой, тягучий, совсем не похожий на то, что у нас продаётся в магазинах. А в конце улицы — киоск с хачапури, к которому нас несло каждое утро, несмотря на стремительно ширеющие талии. Мы брали самый простой, но, Господи! Только ради них стоит ехать в Тбилиси.
После завтрака мы отправлялись то на пленэр, то в горы, то в музей. Мне так понравилась фамилия (Ахвледиани), увиденная в названии улицы, звучащая долго в голове и перекатывающаяся по языку, что я решила всё о ней узнать. Оказалось, это знаменитая грузинская художница. Позже, гуляя по городу, мы зашли в галерею и наткнулись на несколько её подлинных работ, а потом нам дали полистать альбом о ней. Картины поразили. Мы включили в план посещение квартиры-музея Елены Ахвледиани — и там я окончательно влюбилась.
Я была в Тбилиси всего пять дней, но благодаря картинам Елены Дмитриевны словно прожила там год. Её пейзажи Тбилиси, созданные на протяжении десятилетий, — как длинный, искренний рассказ о любимом городе. Сценки городской жизни: сохнущее бельё, женщины, разговаривающие с балконов, шалящие дети, мужчины, собирающиеся вечерами. Грузинское застолье, ряды ковров, зима и лето, весна и осень. И вместе с тем — лёгкая грусть, тоска по уходящему старому Тбилиси.
Елена Ахвледиани. Дом на улице Авлева, 1968 г
Но главным поводом поездки стала выставка, в которой участвовала моя работа «Солнце в камышах». И потому Тбилиси для меня — это не только город, но и встречи с художниками из разных стран, поездка в Казбеги с пленэрами по пути, совместное рисование картины и даже мой портрет, написанный художником из Таиланда Watana Kreetong.
Тбилиси остаётся во мне как город-воспоминание. Город, где утро пахнет хачапури и клубникой, где за окнами звучат чужие разговоры, а в галереях оживают картины, написанные с любовью. Там время течёт мягче, словно давая возможность не спешить и вслушаться в дыхание города. И теперь, когда я закрываю глаза, Тбилиси возвращается — в звуках, в запахах, в образах, которые невозможно забыть.