Старая яблоня

Старая яблоня. Я помню эту яблоню с детства. Бабушка рассказывает мне, что это любимая яблоня деда. Он любил сидеть здесь, в саду, и стул под ней тоже его. Я сажусь. Стул железный, ржавый, дырявый. Холодный и совершенно неудобный. Мне быстро надоедает на нём сидеть. Зато сама яблоня — прекрасная. На неё легко забраться, устроиться среди ветвей и спрятаться так, чтобы с земли почти не было видно.

Сад у бабушки большой — почти бесконечный для детского взгляда. Яблони стоят плотно, ветви переплетаются, под ногами тёплая мягкая земля. Но эту яблоню я теперь знаю иначе: она дедова.

Самого деда я не помню. Он умер, когда мне было девять месяцев. Он прошёл путь от Халхин-Гола до Берлина, был артиллеристом, вернулся контуженным. О войне никогда не рассказывал. Остались фотографии, несколько семейных историй — и молчание. Вопросы, на которые уже невозможно получить ответы. И этот стул под яблоней. Место человека, которого нет.

Много лет спустя, когда появилась эта работа, стул стал для меня совсем другим. Железный, ржавый, оставленный под деревом, он словно сохранил холод того молчания. В нём есть одиночество и какая-то невозможность выйти наружу, сказать о том, что было пережито.

Но яблоня жива. Она росла тогда и продолжает расти сейчас. Каждый год соки снова поднимаются от земли к ветвям, появляются листья, цветы, яблоки. Люди уходят, а дерево остаётся. Наверное, поэтому именно яблоня стала для меня самой памятью.

В её корнях появляются лица. Не портреты — скорее род. Лица с пустыми глазницами, обращённые внутрь себя. Они уходят в землю вместе с корнями, туда, где уже трудно различить, что принадлежит тебе, а что пришло задолго до тебя.

А ветви постепенно становятся белыми. Здесь начинается другая реальность — реальность памяти. В ней смещаются время и ракурс, одно и то же существует с разных сторон. То, что было когда-то настоящим, сохраняется уже иначе: меняется, соединяется с сегодняшним взглядом, но не исчезает.

И где-то между корнями и этими белыми ветвями по-прежнему стоит старый железный стул. А яблоня продолжает расти.

Эта работа доступна в виде коллекционного принта

Оригинал остаётся частью выставочной серии «Там, где живёт свет» и пока не продаётся.

Авторский принт выпускается ограниченным тиражом, подписывается и нумеруется художником.

Посмотреть принт →